Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев обнародовал планы по радикальной перекройке управленческой вертикали. Вместо привычного двухпалатного парламента должен появиться курултай, вводится должность вице-президента, а пост государственного советника упраздняется. На первый взгляд эти изменения могут показаться техническими и далёкими от реальной жизни, но не всё так просто. Запущенные процессы по своей значимости не уступают транзиту власти в 2019 году или трагическим событиям января 2022 года. Эти реформы имеют прямое значение как для всей Центральной Азии, так и для ближайших соседей — России и Китая, определяя новый «фирменный стиль» удержания и передачи власти в крупнейшей республике региона.

Специально для Reporter.kg эксперт из Казахстана, руководитель ИАЦ «Институт евразийской политики» Максим Крамаренко разъяснил суть и подоплёку этих тектонических сдвигов в политической жизни страны.

Курултай вместо Сената: конец эпохи «двоевластия»

Отвечая на вопрос, является ли переход к однопалатной системе и Курултаю отказом от западных моделей, Максим Крамаренко подчеркнул: для унитарного Казахстана это органичная эволюция, а не шаг назад. 

Если в 90-е годы двухпалатный парламент (Сенат и Мажилис) был необходим Нурсултану Назарбаеву как система сдержек для балансировки сильных региональных элит и крупных этнических групп, то сегодня ситуация изменилась. Регионы интегрированы в центр, а этнодемографические риски снизились.

Поэтому реформа предполагает слияние двух палат в единый сильный орган — Курултай. Это не просто смена вывески, а часть исторической политики Касым-Жомарта Токаева. Таким образом, внедряется формула «Сильный президент — влиятельный парламент (Курултай) — подотчетное правительство», где законодательный орган получает реальные рычаги влияния, включая утверждение силовиков и судей, но уже в рамках национальной исторической традиции.

Вице-президент: страховка от внешнего влияния

Радикальная перестройка вертикали власти — это ещё и ответ на международную турбулентность. По мнению аналитика, Токаев стремится сделать систему максимально монолитной и защищённой от попыток «раскачки» извне.

«Инициативы президента направлены на ограничение влияния внешних сил на внутриполитические процессы через опору на местные элиты. Чтобы исключить этот риск, Токаев меняет иерархию: теперь вторым лицом в государстве становится не выборный спикер Сената, за которым могли стоять региональные группы, а назначаемый лично президентом вице-президент. Это делает систему более стабильной перед лицом внешних вызовов и угроз», — подчёркивает Максим Крамаренко.

Значение для соседей по региону

Несмотря на глубокую внутреннюю перестройку, обязательства Астаны в рамках ЕАЭС и ОДКБ останутся в силе. Эксперт уверен: создание устойчивой и предсказуемой системы управления в Казахстане — стратегический плюс для всех союзников, и прежде всего для России.

«В нынешней конфигурации политическая система должна стать более устойчивой к глобальным кризисам. Наши соседи, включая Россию и страны Центральной Азии, напрямую заинтересованы в том, чтобы Казахстан оставался благополучным и динамично развивающимся государством. “Фирменный стиль” Токаева — это прагматичное укрепление государственности, которое должно исключить повторение сценариев 2022 года», — резюмирует Максим Крамаренко.

Таким образом, за «скучными» техническими терминами скрывается создание новой политической реальности, в которой Казахстан пытается окончательно демонтировать старые механизмы влияния и выстроить суверенную вертикаль, способную выстоять в условиях глобального шторма.

Беседовал Владимир Банников