«Привлекать студентов, а не удерживать»: глава центра школы «СКОЛКОВО»

Диплом больше не гарантирует успешную карьеру, а ИИ меняет высшее образование. Чему учить студентов, как привлекать таланты и каким должен стать вуз будущего, Reporter.kg рассказала директор Центра трансформации образования Московской школы управления «СКОЛКОВО» Ольга Назайкинская.
— С какой главной миссией вы приехали в Бишкек? На каких площадках и с какими вузами Кыргызстана планируете работать?
— Я очень рада снова быть в Бишкеке. За последний год приезжала сюда уже несколько раз и планирую продолжать эти поездки.
На этот раз я приехала для участия в Кыргызско-российском образовательном форуме, который собрал представителей университетов России и Кыргызстана. Я участвовала в панельной дискуссии о том, какие требования современный мир предъявляет вузам.
Также модерировала обсуждение того, какие управленческие команды сегодня нужны университетам и какие компетенции необходимо развивать их руководителям. Получился очень интересный разговор.
Это первая часть моего визита, а вторая связана с запуском Академии образования имени Выготского, которую мы создали в этом году в КРСУ.
— В чем заключается главная цель Академии и как она будет работать?
— В этом году в КРСУ произошли серьезные структурные изменения, но это лишь внешнее проявление более глубоких процессов, которые идут внутри университета.
Переосмысливаются подходы к образованию, активно развиваются исследовательская деятельность и разработка новых решений. Все это требует междисциплинарного взаимодействия, укрупнения направлений работы и привлечения дополнительных ресурсов.
В результате в вузе создали три института и Академию образования. Почему именно академию, а не институт? Потому что у нее особая миссия и функции. На самом деле создать такую структуру было моей давней мечтой.
Я много лет работаю с российскими университетами, вузами Казахстана и других стран и постоянно говорю о том, насколько важно системно заниматься качеством образования.
Если университет действительно заинтересован в качестве обучения, в нем должна постоянно действовать структура, которая анализирует образовательный процесс на уровне всего вуза, выявляет проблемы, предлагает изменения, помогает пересматривать программы и совершенствовать методы преподавания.
Это должна быть непрерывная работа.
Не менее важное направление — развитие педагогического мастерства преподавателей и руководителей образовательных программ. Это одна из ключевых задач нашей Академии.
Кроме того, в ней будут обучаться будущие педагоги, психологи и специалисты других направлений по программам бакалавриата и магистратуры.
Но особое значение мы придаем методической и исследовательской деятельности, а также внутренней подготовке преподавателей и руководителей образовательных программ.
— Вы будете заниматься этой работой самостоятельно или уже сформирована команда?
— Один в поле не воин. В одиночку такую задачу решить невозможно. Я выступаю научным руководителем Академии и отдельно курирую Высшую школу образования взрослых.
Мы специально выделили это направление, поскольку обучение в университете должно строиться иначе, чем в школе. Здесь речь идет не только о педагогике, но и об андрагогике — науке об обучении взрослых.
У Академии есть директор, руководители высших школ по различным направлениям, руководители образовательных программ и лабораторий.
У высших школ также есть свои научные руководители. То есть большая команда уже сформирована. Думаю, со временем она будет расширяться. Планы у нас большие. Но главное — ядро команды уже есть, и я этому очень рада.
— С командой вы познакомились уже в Бишкеке или работали с ее участниками раньше?
— По-разному. Мое участие в развитии КРСУ во многом связано с управленческой командой университета.
Ректор КРСУ Сергей Юрьевич Волков — выпускник программы «Школа ректоров» Московской школы управления «Сколково». Я являюсь ее академическим директором. Эта программа занимается подготовкой университетских управленцев, и среди ее выпускников немало действующих ректоров.
После обучения Сергей Юрьевич возглавил КРСУ. В прошлом году в «Сколково» прошли обучение еще две команды университета.
Одна — проректорская, также по программе «Школа ректоров». Другая — команда руководителей образовательных программ, которая обучалась по программе «КОД».
Эта программа посвящена пересмотру и обновлению образовательных программ, а также развитию управленческих компетенций их руководителей. Коллеги, прошедшие обучение, сегодня во многом составляют ядро нашей команды.
В начале ноября мы вместе с выпускниками программы «КОД» запустили в КРСУ внутреннюю «Школу РОПов» — школу руководителей образовательных программ. Очень важно, чтобы люди не просто проходили обучение, а возвращались в университет с новыми знаниями и компетенциями и помогали развивать его.
С некоторыми коллегами я познакомилась только здесь. Сейчас мы выстраиваем совместную работу. Знакомиться с новыми людьми и налаживать сотрудничество всегда интересно.
Справка Reporter.kg: «Школа РОПов» при КРСУ — практико-ориентированная программа для действующих и будущих руководителей образовательных программ бакалавриата, специалитета и магистратуры. Участники работают непосредственно со своими образовательными программами: выполняют аналитические задания, выявляют проблемы и разрабатывают решения. Цель — перейти от административного сопровождения учебных программ к управлению ими как целостной системой.
— Сегодня диплом уже не гарантирует успешную карьеру. Какие навыки кыргызстанские вузы должны прививать студентам, чтобы через 5–10 лет их выпускники оставались востребованными на рынке труда?
— Поверьте, это болезненный вопрос не только для Кыргызстана. Сегодня его задают себе практически во всех странах мира. И я бы не сказала, что кто-то уже научился решать эту проблему исключительно успешно.
Возможно, немного лучше это получается у коллег в Китае, но и там вопрос остается актуальным.
Я занимаюсь исследованиями в области развития высшего образования и вижу, что для успешности выпускника особенно важны три типа мышления.
Первое — системное мышление. Это способность видеть не отдельные факты и данные, а целостную систему, понимать взаимосвязи между ее элементами, определять, что главное, а что второстепенное.
Второе — критическое мышление. Сегодня оно особенно важно, поскольку информация вокруг нас может оказаться как правдой, так и фейком. Но критическое мышление — это не только фактчекинг, проверка данных. Это еще и способность постоянно задавать себе вопросы: «А могу ли я сделать это по-другому? Почему я поступил именно так? Что можно изменить в моем подходе? Можно ли пересмотреть решение, которое всем кажется очевидным?»
Это своего рода интеллектуальная неуспокоенность.
И третье — конструктивное мышление. Оно должно работать в паре с критическим. Недостаточно просто выявить проблему, разобрать ситуацию и поставить под сомнение существующее решение. Нужно уметь предложить новое.
Если университет способен сформировать у выпускника эти три типа мышления, у него будут хорошие шансы на успех.
Конечно, важны и другие навыки: коммуникация, умение работать в команде, самоорганизация, способность выстраивать долгосрочную образовательную и карьерную траекторию, учиться и переучиваться. Но без этих трех типов мышления остальные компетенции не дадут необходимого результата.
— Многие сильные выпускники кыргызстанских школ уезжают учиться за границу. Что необходимо изменить университетам Кыргызстана, чтобы талантливая молодежь хотела оставаться и получать образование на родине?
— Если посмотреть на мировую статистику, за последние 20 лет количество иностранных студентов увеличилось примерно втрое. Речь идет о так называемых мобильных студентах — тех, кто получает образование в другой стране.
После пандемии некоторые государства стали учитывать в этой категории и тех, кто обучается в зарубежных университетах полностью онлайн, не переезжая физически.
Во время пандемии международная студенческая мобильность временно сократилась. Но после снятия ограничений люди снова начали уезжать учиться за границу. И даже геополитические кризисы не остановили этот процесс — меняются направления потоков, соотношение студентов между странами, но общая тенденция сохраняется.
Сегодня в мире насчитывается чуть больше шести миллионов таких студентов. И за них конкурируют практически все университеты. Почему? Потому что это наиболее мотивированные молодые люди, которые готовы учиться, способны самостоятельно принимать решения и часто имеют хорошую академическую подготовку.
Я сейчас не говорю о небольшой категории обеспеченных студентов, обучение которых полностью оплачивают семьи. Многие талантливые молодые люди получают гранты или используют семейные сбережения для образования. Университеты заинтересованы в них, потому что именно такие студенты формируют будущий интеллектуальный капитал страны.
Это потенциальные ученые, высококвалифицированные инженеры, исследователи и другие специалисты. Но здесь важно правильно поставить вопрос. Если мы думаем только о том, как не дать собственным студентам уехать, то начинаем работать исключительно на удержание.
Появляются различные механизмы: обязательная отработка, материальные стимулы, попытки привязать человека к определенному месту. Но такие меры не всегда эффективны. А если мы ставим вопрос иначе — как сделать так, чтобы не только наши талантливые ребята оставались, но и студенты из других стран хотели приезжать к нам, — тогда начинаем работать на привлекательность университета. И это принципиально другой подход.
Наши граждане тоже начинают рассматривать отечественные университеты как конкурентоспособный вариант наряду с зарубежными. Поэтому вузам необходимо думать не только об удержании студентов, но и об их привлечении. Что для этого требуется?
Прежде всего, сильная наука. Невозможно создать действительно сильное образование без серьезной исследовательской деятельности, научных центров и разработок. Причем я говорю как об академических исследованиях, так и о прикладной науке, которая может приводить к созданию технологий, продуктов и развитию технологического предпринимательства. Главное — университет должен производить новые знания.
Не столь принципиально, на каком этапе находится результат: это научная концепция, публикация или готовый продукт. Важно, чтобы в университете велась настоящая исследовательская работа.
Если вуз находится на мировом уровне хотя бы в одном направлении — например, в биотехнологиях, искусственном интеллекте, химии или гуманитарных науках, — это уже серьезное основание для привлечения иностранных студентов.
И местные талантливые ребята тоже будут заинтересованы в таком университете. На основе исследований необходимо обновлять образовательные программы и методы обучения. Это означает другую организацию учебного процесса, новые формы взаимодействия студентов с преподавателями, современные подходы к освоению знаний.
Я не призываю полностью отказаться от лекций. Иногда хорошая лекция может быть очень важным и мотивирующим элементом образования. Но весь учебный процесс не должен состоять только из лекций. Да, они повышают информированность студентов, но сами по себе не формируют профессиональные компетенции.
Еще один важный фактор — сильные преподаватели и исследователи из разных стран. Если университет занимается серьезной наукой, к нему начинают приезжать зарубежные ученые. А без сильной международной преподавательской и исследовательской команды привлечь талантливых студентов крайне сложно.
Наконец, важна инфраструктура. Речь не обязательно о роскошных зданиях. Студентам нужны удобные пространства для учебы, проживания, исследований, общения и дискуссий.
Должен быть доступ к информации, возможность встречаться, обсуждать идеи и просто жить полноценной студенческой жизнью. Важна сама атмосфера университетского кампуса.
— Искусственный интеллект уже пишет рефераты, решает задачи и помогает готовиться к экзаменам. Как он изменит роль преподавателя и университет? Есть ли риск, что привычная модель высшего образования устареет?
— Она уже устарела. Причем лет сто назад. А ИИ просто очень ярко и болезненно это подсвечивает. При этом многие продолжают делать вид, что ничего не происходит. Это напоминает детскую игру в прятки: если я никого не вижу, значит, и меня никто не видит. Но дело, конечно, не только в ИИ.
Современный мир предъявляет к человеку совершенно другие требования.
Развиваются технологии, возникают новые гуманитарные и этические вопросы, меняются способы коммуникации и взаимодействия людей друг с другом и с обществом. И классические образовательные подходы, которые до сих пор используются во многих университетах, не готовят студентов к решению этих задач. Они соответствовали миру, существовавшему десятилетия, а иногда и столетия назад.
Поэтому главный вопрос сегодня — как перестроить учебный процесс. В его основе должен быть деятельностный подход. Студент не должен оставаться пассивным приемником информации, которому преподаватель что-то рассказывает, а затем требует воспроизвести услышанное. Нужно переходить от простой передачи знаний к формированию компетенций.
А компетенции появляются только через деятельность. Студент должен что-то делать, решать реальные задачи, создавать интеллектуальные или практические продукты, принимать решения и демонстрировать результат. И здесь искусственный интеллект не мешает, а, наоборот, помогает.
Если студент способен показать, как он решает задачу, принимает решения, выстраивает коммуникацию или проектирует определенный механизм, он вполне может использовать ИИ как помощника.
Главное, чтобы мы видели его собственные компетенции, а не просто оценивали стопку работ, которые он сдал преподавателю. При таком подходе меняется и роль преподавателя.
Я совершенно не считаю, что ИИ заменит всех преподавателей, но сама образовательная система должна быть устроена иначе. Недостаточно просто добавить ИИ к привычной схеме «преподаватель — студент» и использовать его исключительно как ассистента.
Нужно пересмотреть взаимодействие всех трех участников образовательного процесса: преподавателя, студента и искусственного интеллекта. Тогда можно добиться серьезных изменений в качестве образования. И такие примеры уже существуют.
В некоторых российских университетах ИИ выполняет отдельные функции преподавателя.
Например, ИИ-система, созданная на основе серьезных научных трудов определенных исследователей, выступает носителем предметной экспертизы. При этом живой преподаватель остается в аудитории, но его роль меняется. Он становится медиатором: отвечает за взаимодействие со студентами, динамику обучения и их прогресс.
Сам студент при этом выступает активным участником образовательного процесса, а не объектом, которому просто передают знания. Существуют и другие модели, и я считаю, что подобные эксперименты необходимо поддерживать.
Только так мы сможем понять, какую новую роль должен играть искусственный интеллект, чтобы не подменять человека, а делать образование более продуктивным, результативным и современным.
— Каким вы видите современный университет через десять лет?
— Это очень сложный вопрос. У меня даже есть любимая шутка: университеты сегодня живут в разных временах. Я много работаю с российскими вузами, а в стране их около 700. Примерно со 150 я глубоко взаимодействую, а еще примерно о таком же количестве хорошо знаю, что в них происходит.
Мне приходится много ездить по разным городам. Только за последний месяц я побывала в Москве, Хабаровске, Биробиджане, Белгороде и других местах. И знаете, что интересно?
Приезжаешь в один университет — а там XIX век. Без всякой иронии. Учебный процесс устроен практически так же, как в университетах позапрошлого столетия. В центре всего находится профессор, сохраняется жесткая академическая иерархия.
Причем в отдельных направлениях такие университеты могут показывать хорошие результаты.
Приезжаешь в другой вуз — там середина XX века. Все построено вокруг индустриальной модели: университет готовит кадры для конкретного предприятия, образовательные программы узкоспециализированные, а сама система напоминает завод.
А затем попадаешь в третий университет — и кажется, что он уже живет в середине XXI века. Там невероятные изменения в информационных технологиях, биотехнологиях, исследованиях и образовательных подходах.
Поэтому, когда меня спрашивают, каким будет университет через десять лет, я всегда уточняю: какой именно университет? Я слишком много видела разных вузов, чтобы дать один универсальный прогноз.
Но если говорить об условном среднестатистическом университете, который хочет быть успешным через десять лет, то ему необходимо решить несколько ключевых задач.
Первая — полностью переосмыслить образовательный процесс.
Нужно анализировать, как студент проходит обучение, какие компетенции приобретает, каких результатов достигает, какие методы преподавания используются и насколько они эффективны.
Университет должен постоянно пересматривать содержание и организацию своих образовательных программ.
Вторая — сильная исследовательская деятельность и разработки.
Успешный университет должен получать результаты, заметные не только на местном, но и на международном уровне. Не бывает по-настоящему сильной науки, которая существует исключительно в пределах одного города или региона.
Третья — продуманная кадровая политика.
Университет должен понимать, как привлекать сильных преподавателей и исследователей, как развивать сотрудников, какие профессиональные траектории им предлагать и как создавать условия для их работы.
Четвертая — разнообразные источники финансирования.
Сильный университет не может зависеть исключительно от государственного бюджета или платы за обучение. Он должен зарабатывать также на исследованиях, разработках, экспертной деятельности, консалтинге и других интеллектуальных услугах.
Пятая — открытая университетская среда.
Кампус должен быть связан с жизнью города. Университет может открывать часть своих пространств для горожан, бизнеса и партнеров, создавать площадки для совместной работы и общения. Важно, чтобы университет был интегрирован в город, а город — в университет.
На мой взгляд, именно эти направления будут определять развитие успешных вузов.
— И напоследок: какой главный совет вы дали бы студенту, который учится в Бишкеке?
— А студенту какого уровня — бакалавриата или магистратуры? Потому что советы будут разными.
— Давайте тогда два совета.
— Студентам бакалавриата я бы сказала: пожалуйста, не зацикливайтесь на том, где именно вы будете работать после выпуска. У вас еще будет время попробовать разные направления, разобраться в своих интересах, понять, чем вы хотите заниматься профессионально.
Позже вы сможете принять более зрелое решение: получить дополнительное профессиональное образование, поступить в магистратуру или освоить другую специальность. В любом случае вам придется учиться всю жизнь.
Современный мир устроен так, что за одну жизнь человек может сменить несколько профессий. Поэтому во время бакалавриата сосредоточьтесь на развитии трех типов мышления, о которых мы говорили: системного, критического и конструктивного.
Если университет не дает вам достаточно возможностей для их развития, ищите дополнительные способы. Выстраивайте хорошие отношения со сверстниками, формируйте профессиональные связи, расширяйте кругозор. Участвуйте в разных проектах, пробуйте новое, получайте разнообразный опыт. Все это поможет вам в дальнейшем принимать более осознанные решения.
А студентам, которые выбирают магистратуру, я бы дала другой совет. Если вы хотите развиваться в профессиональном направлении, обращайте внимание на то, есть ли у программы сильный партнер-работодатель.
Важно понимать, с какими компаниями и организациями сотрудничает университет, на каких реальных проектах вы сможете учиться, где проходить стажировку и куда потенциально сможете устроиться работать. Не стоит поступать в магистратуру просто ради диплома.
Если же вы выбираете академическую карьеру, то уже на этом этапе необходимо понимать, какой исследовательской темой хотите заниматься и в какую аспирантуру планируете поступать. Нельзя принимать такие решения изолированно. Нужно смотреть хотя бы на один шаг вперед.
Когда вы понимаете, к чему стремитесь, становится гораздо проще определить, какая магистратура вам нужна, чему необходимо научиться и какие задачи предстоит решить уже сейчас.
— Большое спасибо за интервью. Мне бы такие советы лет 15–20 назад. Возможно, тогда моя жизнь сложилась бы иначе.
— И вам спасибо. Было очень интересно.
Владимир Банников
Анара Мамытова