Политический сезон в Кыргызстане уже на паузе. Марлен Маматалиев подвел итоги «цифровой революции» в Жогорку Кенеше. Депутаты Жогорку Кенеша завершили очередную сессию и отправились на заслуженные каникулы. Однако перед тем, как в залах парламента воцарилась тишина, Торага Марлен Маматалиев поставил эффектную точку в работе созыва.

Итоговая пресс-конференция спикера стала настоящим испытанием на прочность: в течение нескольких часов глава парламента держал удар, отвечая на десятки острых вопросов от представителей СМИ. Но самое интересное осталось «на десерт». В эксклюзивном интервью Reporter.kg Марлен Маматалиев раскрыл те детали, которые не вошли в официальные протоколы.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

Публикация от Reporter.kg (@reporter_kg)

О том, как кыргызские горы превращаются в «зеленые» активы, почему бабушкам больше не нужно писать заявления от руки и готов ли искусственный интеллект занять кресло депутата — в нашем откровенном разговоре со спикером.

— Марлен Абдырахманович, завершилась очередная сессия. Какие законопроекты, принятые за этот год, вы считаете наиболее важными для обычных граждан?

— Я бы выделил три ключевых направления. Первое — это экология и «зеленая» экономика. Для Кыргызстана это безусловный приоритет. Наши горы занимают 94% территории, у нас колоссальный гидроэнергетический потенциал. Мы приняли пакет законов, которые позволяют развивать страну, не уничтожая природу. Это и туризм, и новые подходы к использованию водных ресурсов. Мы находимся «на вершине воды», и пришло время использовать этот дар максимально эффективно.

Второе направление — экономический блок. Здесь мы боролись с бюрократией. Было принято много документов, упрощающих выделение земель и привлечение инвесторов. Мы открываем горы для разработки полезных ископаемых, но опять же — со строгим соблюдением экологических норм.

Третье — социальный блок. Мы — социально ориентированная страна. В приоритете была защита прав матерей и детей, а также ощутимое поднятие пособий. За эту сессию мы проделали огромную работу, которая уже дает результаты.

— Говорят, Жогорку Кенеш теперь работает по-новому. Расскажите о «цифровом парламенте». Как вы используете искусственный интеллект?

— Сегодня можно смело заявить: наш парламент полностью цифровизирован. Заседания комитетов, общие сессии и даже прием граждан перешли в цифровой формат.

Что касается Искусственного Интеллекта, то у нас есть виртуальные помощники — «мужского и женского пола». Знаете, в чем их прелесть? Они «тараторят» с утра до вечера, не устают, им не нужен «дубль два». ИИ заменяет энергию нескольких сотрудников, оперативно освещая всё, что происходит в стенах парламента.

— А как цифровизация помогает простым людям, которые приходят к вам с жалобами?

— Это наше большое достижение. Раньше пожилым людям было сложно: нужно было написать заявление, правильно его оформить, а это время и нервы. Сейчас всё проще. Человек приходит, включает ИИ и просто наговаривает свой текст. Искусственный интеллект сам «выравнивает» речь, превращает её в типовое официальное обращение и мгновенно отправляет депутату. Это колоссально облегчает жизнь гражданам.

— Слышали, что ИИ теперь помогает вам и в законотворчестве. Неужели он пишет за вас законы?

— Написать закон ИИ не может, и я считаю, что это правильно. ИИ — не живое существо, он не чувствует деталей, не понимает «боли» закона. Но он незаменим как аналитик.

Даже самый гениальный юрист не может держать в голове 3 500 законов и 20 000 постановлений. Проверить новый документ на соответствие всей этой базе вручную — нереально. А Искусственный интеллект делает это мгновенно: находит противоречия, указывает на минусы, сравнивает с другими актами. Мы используем его мощь только для анализа и экспертизы. Это инструмент, но решение всегда принимает человек.

— Мы живем в эпоху киберпреступности. Насколько защищен цифровой парламент? Не боитесь ли вы утечек или взломов?

— Безопасность — это первое, о чем мы подумали. Конечно, в цифровом мире невозможно гарантировать защиту на 100%, поэтому у нас есть четкое разделение.

В цифровой формат мы переводим только те данные, которые не носят секретного характера. Всё, что имеет гриф секретности или касается государственной безопасности, по-прежнему обрабатывается вручную, «по старинке», в бумажном виде. Мы сознательно идем на это, чтобы исключить любые риски воздействия мошенников на критически важную информацию. Мы всё учли.

Владимир Банников