Кандидат политических наук Алина Молдокеева сегодня в ходе круглого стола «Центральная Азия: на пути к суверенитету или под пятой западной экспансии?» поделилась мнением о том, как в Кыргызстане зарождался так называемый гражданский сектор.

По ее словам, первые неправительственные организации появились в 1990-х годах в рамках международных институтов, таких как USAID и фонд «Сорос», и, отрабатывая выделенные на финансирование средства, выполняли поставленные перед ними задачи.

«И все вдруг по умолчанию решили, что у нас есть гражданский сектор — у нас его не было, государству нужно было его формировать, а страна сама проходила этапы становления. И говорить о том, что сегодня в Кыргызстане есть зрелый гражданский сектор, рано. Те шаги, которые сейчас предпринимаются для дискредитации, можно сказать, еще не родившегося, не оформившегося гражданского сектора, мы и наблюдаем сегодня», — считает эксперт.

Поэтому, отмечает Молдокеева, даже те, кто хочет выразить свою позицию, не всегда могут это сделать, поскольку видят происходящее, например, вокруг ситуации с Кемпир-Абадом.

«Они не знают, что происходит внутри, откуда эти люди взяли деньги… Например, мои студенты, участвующие в каких-то инициативах, очень расстраиваются, что при наличии желания они не имеют возможности помогать стране, так как не знают, как это сделать. А взрослые, например, эксперты, задействованные в каких-то проектах, очень жестко ставят границы или, бывает, используют молодежь. В результате у нас идет отток молодых кадров за границу, а в некоммерческом секторе позиции, занятые в 1990-х годах, по-прежнему удерживают одни и те же люди», — считает политолог.

Молдокеева также подчеркнула, что не понимает, каким образом НПО проводят исследования.

«Каждый раз, когда мы видим отчеты, допустим, международных финансовых организаций, меня, например, иногда удивляет, каким образом проводятся исследования. Это все происходит, скажем так, скрыто, без какого-либо привлечения общественности», — говорит эксперт.

По ее мнению, гражданский сектор по сути похож на профсоюз в организации: если есть руководство, то должен быть и профсоюзный комитет, который обеспечивает права сотрудников.

«То же касается государства, где есть исполнительный аппарат и должен быть развит гражданский сектор и его защита. Если он финансируется извне заинтересованными акторами, то они его и формируют. Тогда как обстоит дело с независимостью и независимым мнением гражданского сектора? Как его сформировать?» — задается вопросом Молдокеева.