В конце прошлой недели экс-глава кабинета министров Акылбек Жапаров на своей странице в соцсети опубликовал пост, в котором высказал серьезную обеспокоенность тем, что Казахстан приступил к практическому применению технологий искусственного увеличения осадков. Reporter.kg собрал мнения профильных экспертов по данному вопросу.

По мнению Жапаров, в природе ничто не возникает и ничто не исчезает: атмосфера, воздушные потоки, влажность, ледники и осадки представляют собой единую взаимосвязанную систему, и любое масштабное вмешательство в нее может иметь последствия далеко за пределами одной страны.

Отметим, что Казахстан реализует проект совместно с Национальным центром метеорологии ОАЭ.

Гамал Соронкулов, эксперт-эколог:

Как практикующий эколог считаю, что в таком вопросе нужно было все-таки посоветоваться с соседями. Возможно, обсудить данный вопрос в ходе экологического саммита, на встречах.

У нас есть проект именно по водным ресурсам, по изменению климата, и несколько дней назад в ходе презентации на юге я сказал, что меня радует тот факт, что в последнее время проводятся межгосударственные встречи именно по водным ресурсам на самых разных уровнях, стороны договариваются, совместно решая вопросы. А сегодня узнаю новость об искусственном дожде…

Такое ощущение, как будто вытащили тайную карту. Так ведь и получилось — без согласования, не очень деликатно, можно сказать, некрасиво, не по-соседски и не по-джентльменски. И библейский, и коранический постулат «не навреди» точно нарушен.

Возможно, впереди будут переговоры, но очень обидно, что ближайший сосед пошел на такой шаг. Вот это нарушение баланса и принципа равновесия может привести к противостоянию, так как мы уже возмущены и недовольны нарушением принципа добрососедства.

Будем надеяться, что зажженный фитиль не превратится в бикфордов шнур и взрыва не произойдет. Потому как чем ближе Казахстан будет подступать к нашим горам со своим экспериментом, тем это в прямом смысле может повлиять на наши ледники.

— Данный шаг Казахстан должен был согласовать? Возможно, вопрос регулируется какими-то международными соглашениями?

— Переговоры должны были быть на самом высоком уровне. Кроме того, существует Межведомственная комиссия по водным ресурсам стран Центральной Азии. Хотя бы на этом уровне надо было собраться, встретиться и все обсудить.

Рысбек Сатылканов, глава Тянь-Шанского высокогорного научного центра при Национальной академии наук КР:

— Я полностью разделяю и поддерживаю мнение Акылбека Жапарова, он все сказал правильно, мне более нечего добавить.

Кочкунбек Бакиров, кандидат географических наук, доцент Института геологии имени М. Адышева при Национальной академии наук КР:

Нужно изучить и просчитать, потому что, если Казахстан будет активно воздействовать на облака, допустим, в Джамбуле, то у нас осадки могут и не выпасть.

— Если одна из стран региона планирует такие эксперименты, она должна согласовать это с соседними государствами?

— Да, обязательно. Правовая сторона вопроса должна быть. Например, Казахстан считает реку Чу трансграничной и имеющей право на часть воды. Если, допустим, проводить такие исследования на Иссык-Куле и вызывать осадки, то это все-таки замкнутый бассейн, и на соседний Казахстан не оказывается никакого влияния.

Например, строительство Камбар-Аты тоже вызывало недовольство и обеспокоенность у наших ближайших соседей. В каримовские времена (в бытность Ислама Каримова президентом Узбекистана — прим. ред.) ситуация грозила вылиться в серьезный конфликт между Кыргызстаном и Узбекистаном.

Но проводились встречи, переговоры, стороны обсуждали вопрос, и в настоящее время паритетное решение, устроившее всех, найдено. Кыргызстан, Казахстан и Узбекистан совместными усилиями строят Камбаратинскую ГЭС-1 на реке Нарын. Этот проект станет крупнейшей гидроэлектростанцией в Центральной Азии мощностью 1860 МВт и будет иметь ключевое значение для водно-энергетического баланса всего региона.

В случае с технологией вызова искусственного дождя действительно получилось не совсем правильно и не по-соседски.

Например, строительство в Афганистане канала «Кош-Тепа» (или Куш-Тепа) — масштабного ирригационного мегапроекта — вызывает серьезную обеспокоенность и недовольство Таджикистана, а также других стран низовья — Узбекистана и Туркменистана — из-за угрозы дефицита водных ресурсов. И Афганистан вправе брать воду, потому что между странами нет никаких соглашений. А между странами Центральной Азии они есть, и отношения регулируются.

— Имеете в виду Межгосударственную координационную водохозяйственную комиссию ЦА, созданную в 1992 году для управления, рационального использования и охраны водных ресурсов трансграничных рек в регионе?

— Все верно.

Бактыбек Саипбаев, системный аналитик, экономист и юрист:

Мне сложно ответить на ваш вопрос, так как подобных аналогов не было в нашем регионе, нет никаких данных, и к чему это приведет, сказать сложно.

Есть большое количество специалистов: метеорологи, гляциологи, климатологи, сейсмологи, которые, по идее, на основе многолетних исследований изучают экологическую обстановку в том или ином регионе планеты. По идее, и у нас такие товарищи должны быть, которые, допустим, могли бы сказать, что «в такое-то время года воздушные массы шли с севера на юг или с запада на восток…».

Сейчас из-за потепления идет общая мировая разбалансировка климата, и это отдельная проблема. Причем ученые ломают копья, насколько это связано с деятельностью человека. Одни ссылаются на парниковые газы, рекомендуя уменьшить количество выбрасываемого в атмосферу метана посредством сокращения поголовья коров, — это одна крайность.

Их оппоненты в ответ приводят аргумент, что вулкан во время извержения выбрасывает метана гораздо больше, нежели все существующие коровы вместе взятые. И вот они на этой почве между собой, как говорят обычно, «бодаются». Но то, что человек может очень сильно влиять на климат того или иного региона, — это, конечно, несомненно.

Например, во многих местах человек осушил болота, а они — одна из главных природных экосистем. Болота увлажняли местность, способствовали произрастанию тех или иных видов растений, животных и насекомых. И когда человек начал активно осушать торфяные болота, то это закончилось плачевно — стали происходить пожары, а их сложно потушить, так как торф под землей тлеет месяцами.

Вместе с этим резко меняется растительный состав, все трофические цепи сильно меняются, чаще всего деградируют и исчезают. И люди поняли это, правда, поздно.

Другой классический пример — человечество все время вырубает леса. И это обезлесение и так называемое опустынивание с каждым годом занимают все большую площадь. В обоих случаях виноват человек.

Все как-то подзабыли о не имеющей аналогов экологической катастрофе в регионе Центральной Азии, когда благодаря неуемной хозяйственной деятельности наших соседей высохло Аральское море.

То есть проблем много: общее потепление, деградация ледников, которая наблюдается во всем мире — и в Тибете, и в Андах, и в Альпах, но именно на территории нашей республики идет ускоренное таяние. Опять же, вам никто не скажет точно, на сколько процентов, минимум — на 30 точно. Некоторые называют цифры и больше.

Дело в том, что после распада СССР у нас прекратились наблюдения за ледниками, которые велись с 30-х годов. А потом — «кто в лес, кто по дрова»: что с ними сейчас, что будет, как они себя чувствуют — никто не знает, но происходит ледниковая деградация.

Поэтому, возвращаясь к вот этой общей разбалансировке климата, сейчас мы сплошь и рядом видим, что вдруг идет массовое вторжение северных арктических воздушных масс на юг, потом в Сахаре выпадает снег и, наоборот, на севере вдруг неожиданно рано начинают цвести какие-то цветочки или в тундре зеленеет морошка… Вот когда такое было?

И это проблема общемировая — идет общий экологический дисбаланс, общая разбалансировка привычных климатических зон, поясов. И гадать на кофейной гуще по технологии искусственного вызова дождя…

Да, конечно, с общих теоретических соображений, если казахи будут вызывать выпадение дождей именно над Туркестаном, то можно, конечно, предположить, что, может быть, до нас и не дойдет. Но в ответ Казахстан может сказать: а кто вам вообще сказал, что все эти дождевые облака идут именно от нас в вашу сторону, а может, наоборот, а может, там Сибирь, а может быть, с севера?

Но мы же знаем, что в конфликте на Ближнем Востоке Иран начал бомбить все подряд, в том числе установки в ОАЭ, вызывающие дождь. И теперь иранцы говорят: у нас много лет была засуха, а сейчас пошли дожди.

То есть косвенно можно сказать, что технология вызова дождя, видимо, влияет, но доказать это сейчас невозможно. Я не приветствую то, что придумали казахи, но запретить им мы не можем. В ответ мы услышим: а кто доказал, что это ваши тучи? Тем более Казахстан — это же 2 миллиона 800 тысяч квадратных километров.

Поэтому как у них там ветра идут, в какую сторону дуют, откуда дуют — это же надо разбираться.

А то, что сделал господин Жапаров… В целом я, конечно, поддерживаю его мысль, но нужно все подкреплять расчетами, прогнозами и другими выкладками. Увы, Кыргызстан ничего дать из этого не может. Ничего.

Правовая сторона вопроса:

Эдил Марлис уулу, общественный деятель:

На данный момент не существует единого всеобъемлющего договора под эгидой ООН, который бы детально регулировал гражданское использование технологий искусственного вызывания осадков (засеивание облаков), однако данная деятельность регулируется рядом международных актов, которые касаются экологической безопасности.

Конвенция ENMOD от 1976 года говорит, что использование методов воздействия на погоду в мирных целях разрешено. Например, оно допускается для сельского хозяйства или борьбы с засухой, если это не наносит вреда другим странам.

Всемирная метеорологическая организация (ВМО) призывает страны заранее уведомлять соседей о масштабных проектах, так как «кража дождя» — засеивание облаков, которое лишает осадков территорию ниже по направлению ветра, — может стать причиной трансграничных конфликтов.

Помимо специальных конвенций, к искусственному вызыванию дождя применяются общие экологические нормы, такие как принцип «непричинения вреда»: государство обязано следить за тем, чтобы деятельность на его территории не наносила экологического ущерба соседям.

В данном вопросе международное право сталкивается с «серыми зонами», так как трудно доказать, что засуха в одной стране вызвана тем, что ранее соседняя страна «выжала» все облака.

В международном праве четко не прописано, кому принадлежат атмосферные ресурсы. То есть прямых запретов на мирное вызывание дождя нет, но любая подобная деятельность должна соответствовать нормам добрососедства и не нарушать Конвенцию ENMOD.

СПРАВКА Reporter.kg: Конвенция ENMOD (ЭНМОД, Environmental Modification Convention) — международный договор ООН, запрещающий военное или любое другое враждебное использование средств, которые изменяют природную среду. Она была подписана в 1976 году и вступила в силу в 1978-м.

Согласно документу, сторонам конвенции запрещается применять технологии изменения окружающей среды, которые носят разрушительный, широкомасштабный или долгосрочный характер:

— инициирование землетрясений, цунами или разрушение сейсмического баланса регионов;

— вмешательство в гидрологические системы: вызов наводнений, изменение русел рек;

— искусственное изменение климата и погодных условий: вызов искусственных осадков, рассеивание облаков для создания засухи;

— воздействие на озоновый слой или ионосферу Земли.

Если проект может затронуть интересы других стран, рекомендуется проводить предварительные консультации в рамках ВМО.

Взгляд через призму обеспечения безопасности

Таалайбек Джумадылов, ветеран спецслужб, эксперт по вопросам нацбезопасности:

Искусственное воздействие на окружающую среду требует научного изучения и исследования, так как все эти практики являются технологиями двойного назначения и могут использоваться не только для вызова искусственного дождя, но и в качестве климатического оружия.

Мы являемся членами ОДКБ, в уставе которой есть такое понятие, как «коллективная безопасность» — это когда любой член организации в случае принятия мер по укреплению своей безопасности не должен действовать в ущерб интересам безопасности других ее членов. То есть коллективная безопасность должна быть неделимой и целостной.

В связи с развитием различных видов оружия — климатического, сейсмического, биологического, химического — данный вопрос требует тщательного изучения и регулирования, так как неизвестно, какие негативные последствия, это может вызвать в этих странах.

А учитывая остроту водно-энергетической проблемы у нас, это может вылиться в трансграничную угрозу, и этим вопросом должно заниматься в том числе и ОДКБ.

Напомню: одной из претензий Ирана, предъявляемых Эмиратам, было обвинение ОАЭ в использовании технологии воздействия для вызова дождя, вследствие чего в Иране началась засуха.

В настоящее время существует конспирологическая гипотеза, что искусственная технология вызова дождя Эмиратами привела к потопам в Дагестане, и она тоже требует изучения. Дело в том, что в любой системе существует взаимосвязанность отдельных элементов, взаимовлияние, и нарушение равновесия и баланса может привести к непредсказуемым последствиям совершенно в другом месте.

И еще неизвестно, как эксперименты в Туркестане повлияют на традиционное движение воздушных масс. В свое время необдуманное и чрезмерное использование водных ресурсов в реках Сырдарье и Амударье привело к высыханию Аральского моря, что, в свою очередь, привело к возникновению песчаных и соленых бурь, а далее — к таянию ледников.

Мы живем в единой экосистеме Центральной Азии, и такие вещи требуют тщательного изучения, исследования научным путем, с использованием многолетних наблюдений и опыта.

Анара Мамытова.

Рубрики: Новости, Общество, Политика, Статьи, эксклюзив

Теги: Бактыбек Саипбаев, Гамал Соронкулов, искусственный дождь, Казахстан, Кыргызстан, ОДКБ, Таалайбек Джумадылов, экология, эксперимент, эксперты